Дагестан — одно из самых узких мест на карте птичьих миграций всей Евразии: Каспийское море с одной стороны и хребты Кавказа с другой сжимают равнину в неширокую полосу, и обойти её по воздуху негде. Через этот коридор дважды в год, весной и осенью, тянутся миллионы птиц, которые гнездятся от Северной Европы до Западной Сибири, а зимуют где-то в Африке или Южной Азии. Орнитологи называют такие места бутылочным горлышком, и дагестанское — одно из крупнейших на континенте.
Откуда вообще столько птиц?
Смотри, как это работает: Кавказский хребет тянется от Чёрного моря до Каспийского почти сплошной стеной, и перевалить его по пути массовой миграции — не вариант, слишком тяжело и рискованно. Остаётся обходить понизу, вдоль одного из двух побережий. Западный обход — это Чёрное море, восточный — Каспий, и именно узкая полоска дагестанского берега между морем и горами становится той самой трубой, через которую утки, гуси, кулики, хищные птицы и мелкие певчие птахи спрессовываются в один плотный поток.
Насколько плотный, видно по цифрам: в одном только Кизлярском заливе — это часть заповедника «Дагестанский», с 2017 года официальный биосферный резерват ЮНЕСКО — зарегистрировано больше 250 видов птиц, а по всей охраняемой территории заповедника — за 290. Для сравнения: официальный список птиц всей Великобритании, страны, помешанной на бёрдвотчинге, за всю историю наблюдений — чуть больше 600 видов. Здесь, на одном заливе, — почти половина этого разнообразия.
Розовые гости, которых никто не ждал
В январе 2017 года сотрудники заповедника «Дагестанский» заметили то, чего раньше не случалось ни разу: стая из тринадцати розовых фламинго осталась зимовать в Самурском заказнике вместо того, чтобы, как положено, улететь дальше на юг вместе со всей стаей. Большинство птиц были ещё серовато-белыми подростками — фирменный розовый цвет фламинго набирают не сразу, — и только у одной, судя по всему вожака, перья уже отливали бледно-розовым. Орнитолог заповедника Зарипат Магомедова тогда сказала просто: такое у нас наблюдается впервые.
Объяснение нашлось быстро: зима выдалась необычно тёплой, мелководные лагуны кишели рачками и водорослями, и птицам, видимо, показалось, что тратить силы на долгий перелёт дальше нет смысла. Егеря взяли стаю под личный контроль — фламинго занесены в Красную книгу, а штраф за браконьерскую добычу такой птицы доходит до 100 тысяч рублей, — и следующей весной, отдохнувшие, фламинго всё-таки снялись с места догонять родню.
Пеликан с причёской как после сна
На тех же заливах — Кизлярском и Аграханском — гнездится птица, которую невозможно перепутать ни с кем: кудрявый пеликан. Имя ему досталось не за характер, а за перья на затылке — взъерошенные, будто он только что проснулся и не успел причесаться. При этом это один из самых тяжёлых летающих птиц планеты: взрослая особь весит от семи с половиной до пятнадцати килограммов, а размах крыльев переваливает за три метра — тяжелее иного индюка, и всё это поднимается в воздух.
Вид занесён в Красную книгу России как сокращающийся в численности: во всём мире осталось от десяти до двадцати тысяч особей, и каждая колония, включая дагестанскую, на счету у орнитологов всего континента.
Кто ещё пролетает мимо
Вместе с пеликанами и фламинго через дагестанское небо каждую осень проходят орлы-могильники, беркуты, степные орлы и целые вереницы грифов — и чёрных, и белоголовых. У побережья задерживаются стрепет и дрофа, в предгорьях мелькают ярко-синие каменные дрозды и целые стаи розовых скворцов — эти ради нашествий саранчи готовы сделать крюк в тысячи километров: там, где садится такая стая, урожаю саранчи можно больше не угрожать полям.
Так что если по осени попадётся дагестанская новость с фотографией пеликана или фламинго — знай, это не экзотика с другого континента, а самый обычный местный сосед, просто проездом.